Контракт рисовальщика.Один из первых заказов - в 1997 г. - принес Сергею Смирнову целых $3000! Для фриланс-дизайнера заработать такие деньги на одном проекте считалось вершиной счастья. “Я пришел с буклетами на выставку и познакомился там с людьми из немецкой компании по производству электрооборудования “Kopp”, - вспоминает Смирнов. К тому времени он уже разработал серию выключателей для НПО “Электротехника” за $300. “Когда немцы предложили сотрудничество и я озвучил цену в 10 раз выше своего первого гонорара, те переглянулись, - продолжает Смирнов. - Оказалось, в Германии за ту же работу брали не меньше $20 000″. Российский дизайнер оказался для иностранцев находкой во всех отношениях: заключить контракт его попросили все-таки на $10 000, т. е. $7000 предприимчивые менеджеры “Kopp” положили себе в карман.
Одних картинок мало
Еще студентом Строгановского училища Смирнов увлекся компьютером и изучил 3D-моделирование настолько, что вскоре его пригласили обучать этой программе дизайнеров. Параллельно Смирнов создал сайт и начал искать заказчиков. Одним из них стала компания по производству сантехники Doctor Jet, для которой Смирнов разрабатывал дизайн гидромассажных ванн. “Однажды менеджер компании сказал мне, что только рисовать картинки недостаточно и хорошо было бы также заняться конструкторской документацией к товару, — вспоминает предприниматель. — Тогда я всерьез задумался о том, что мне нужен партнер по бизнесу. И через несколько месяцев нашел молодого конструктора из Бауманки. Наши доли в бизнесе распределились в соотношении 75:25, большая часть принадлежала мне”.
Перевод с китайского
Под брендом SmirnovDesign предприниматели начали работать с 1998 г., а в 2003 г. зарегистрировали еще одну компанию — SmirnovTechnology, созданную специально для производства пресс-форм (устройства для изготовления изделий из пластика). Чтобы реализовать второй проект, в долю пришлось взять еще одного партнера, которому сегодня принадлежит 47,5% акций SmirnovTechnology. Остальные 52,5% — компании SmirnovDesign.
“Мы хотели создать компанию полного цикла, — поясняет Смирнов. — То есть не только заниматься разработкой дизайнерских идей, но и внедрять продукт в производство”. Путь оказался не из простых. Проекты, по словам предпринимателя, себя окупают, но особой прибыли еще не приносят. В 2006 г. оборот обеих компаний составил $600 000, а в 2007 г. — $800 000.
Заказы на изготовление пресс-форм компания Смирнова размещает в Китае, причем с восточными партнерами общаются исключительно на китайском. Так меньше рисков, решил предприниматель. У SmirnovDesign есть собственный конструктор-технолог в Китае (китаец), которому компания платит $1000 и снимает небольшой офис, он и ведет переговоры с местными производителями пресс-форм. “С ним общается русский китаист — предоставляет конструкторскую документацию, объясняет задания и каждую неделю требует фотоотчет”, — рассказывает Смирнов.
Сегодня Смирнову принадлежит 100% SmirnovDesign. Первый партнер, по его словам, вышел из бизнеса, продав долю в уставном капитале по номинальной цене. “Человек резко сменил приоритеты в жизни и ушел от нас, даже не став ничего делить”, — объясняет Смирнов. И напрасно — по оценке самого предпринимателя, его бизнес сегодня стоит не менее $2-3 млн.
Больное место
Специалисты подсчитали, сколько стоит организация только одного рабочего места промышленного дизайнера (а у Смирнова их шесть). “Хороший компьютер — это уже $10 000, еще $5000 и более может стоить программа 3D-моделирования, $2000 — библиотеки примитивов, используемые для дизайна различных устройств”, — перечисляет Дмитрий Дахновский, гендиректор компании “Текама” (учебный и консалтинговый центр в сфере IT).
Самый болезненный вопрос в этом бизнесе — использование лицензионных программ. Для многих заказчиков это принципиально важно, поскольку при пересылке трехмерной модели, сделанной в нелицензионной программе, данные могут исказиться, отмечает гендиректор компании Art-up Алексей Кутяев.
В России процент нелицензионных инсталляций ниже, чем в основном по рынку: 40-60% по сравнению с 80% для других более популярных продуктов, но и это большая проблема, оценивает Дахновский. Сами участники рынка на вопрос, какие программы использует их компания, долго мялись и ответить однозначно не смогли.
Неосознанный заказчик
Один час работы над проектом в компании Смирнова стоит 1000-1500 руб.: платить больше клиент еще не готов. “За дизайн бритвенного станка в европейской студии заказчик из Турции чуть не заплатил 200 000 евро, — приводит пример из личной практики Кутяев. — В России за ту же работу с него взяли 2500 евро”.
Кутяев когда-то работал в компании Смирнова, а в 2005 г. основал собственную студию, в которой ему принадлежит 55% акций. “В какой-то момент я почувствовал, что накопил достаточно опыта, чтобы организовать свое дело”, — рассказывает Кутяев. На уровень окупаемости, по его словам, Art-up вышла через полгода. В 2006 г. выручка компании по сравнению с 2005 г. выросла на 30% — за счет открытия новых направлений. “Многие заказчики, например, даже не осознают реальных затрат на будущий продукт, и мы решили проводить для них предпроектные маркетинговые исследования”, — делится Кутяев.
Отношение к расходам на дизайн как к выгодным инвестициям у производителей только формируется, полагают эксперты. С одной стороны, повышение конкуренции на рынке уже вынуждает их более серьезно подходить к процессу создания товаров, говорит Евгения Пармухина, аналитик департамента маркетинговых исследований группы “Текарт”. С другой — многие по-прежнему основной акцент делают на рекламу, что неверно: товар должен продвигать себя сам, добавляет она.
Источник: газета “Ведомости”
